Среда, 11 октября 2023 09:44

ЭСТОНСКИЙ ДЕПУТАТ ОТКРЫТО ОСКОРБЛЯЕТ РУССКИХ И ПРАВОСЛАВНУЮ ЦЕРКОВЬ

Юкку-Калле Райд Юкку-Калле Райд Фотография из "Википедии"

Эстонский журналист и поэт Юку-Калле Райд, он же – депутат Рийгикогу от партии Eesti 200, входящей в правительственную коалицию с реформистами и соцдемами, опубликовал в газете Postimees (4 октября 2023) кощунственную статью о таллинском ставропигиальном кафедральном соборе Святого благоверного князя Александра Невского под названием «Что делать с “луковым сараем” имени Невского?», в которой поиздевался над православными Эстонии. Удивляет и редактор рубрики «Мнение» Эркки Баховски, а также издатель газеты, её собственник, да и общественность Эстонии, включая её русский/русскоязычный сегмент, которые посчитали публикацию этой статьи приемлемым, до сих пор не осудили её.

anons sablon

Таллинский ставропигиальный кафедральный собор Святого благоверного князя Александра Невского (ЭПЦ МП)

Для начала небольшая справка. Использование русофобами оскорбительных для русских слов «луковый» объясняется тем, что русские употребляли в пищу много лука и от них часто пахло луком. Меня лично в детстве обзывали «sibula Vanka» – «луковый Ванька», когда я говорил по-русски.  

Портал Delfi.ee (29.11.2017) приводит отрывок из книги писателя Михкеля Рауда «Настольная книга эстонца. 100 правил поведения правильного эстонца» (Eestlase käsiraamat. 100 asja, mida õige eestlane teeb), в котором приводятся слова-характеристики русских из повседневного лексикона эстонцев: russ, vant, vanka, sibul… Последнее переводится, как лук. Редактор Лаури Лауген дополняет: «И в завершение: У хорошего ребёнка несколько имен. Но одно из них самое красивое. Тибла. Слышал? Тибла».

К слову, известный эстонизатор Ирене Кяосаар считает: «В этом слове много негатива, оно означает, что русскоязычный человек некультурный, агрессивный, глупый, против Эстонии». Так что и «луковый» с «тибла» – одного поля ягода. Но надо отдать должное Юку-Калле Райду, который, пусть не очень убедительно, но всё-таки, камуфлирует всё это тем, что сами русские называют купола православных церквей «луковицами».

Также не исключаю, что он ловко обыграл слово «сарай», которое похоже на словосочетание  «караван-сарай». В прошлом на востоке это – постоялый двор или дом отдыха для караванов на торговых путях. В таком случае можно усмотреть намёк на функцию православных церквей за пределами России, как осуществление транзита влияния, и православия, и Кремля.  

Что ж, изощрённость свойственна неправедным людям, в данном случае – малокультурному безбожнику и политическому нуворишу, когда им надо наводить тень на плетень. Сделать свои выводы предлагается и читателям портала, которые могут ознакомиться с переводом этой разнузданной русофобской статьи, поражающей циничным, отсылающим к фашизму нарушением одного из основных прав человека – свободы совести. Её текст выделен курсивом.

Димитрий Кленский, переводчик и публикатор

Что делать с “луковым сараем” имени Невского?

Больше чем сто лет назад, весной 1900 года, на Вышгороде бабахнули (в оригинале: paugutati) только-только установленные колокола православного кафедрального собора. Всего колоколов – 11, самый большой весит 35 тонн. В церемонии освящения храма присутствовали епископ Рижский (правильно: … и Митавский прим. публикатора) Агафангел, протоиерей Кронштадта Иоанн (правильно: протоиерей, настоятель Андреевского собора в Кронштадте – прим. публикатора), а также начальник (правильно: главнокомандующий войсками Гвардии и… – прим. публикатора) Петербургского военного округа, великий князь Владимир Александрович с сыном. Ради этого события из Куремяэского (правильно: Пюхтицкого – прим. публикатора) монастыря  притащили (в оригинале:– tassiti) чудотворную икону Успения Божией матери.

Церковные колокола весом 27 тонн доставили из России,а также мозаичные панно, которые транспортировали по железной дороге из петербургских мастерских архитектора А.Н.Фролова.

Вообще-то, русская православная церковь была бы прекрасным культурным объектом и почему бы и не милым святилищем, если бы оно в действительности было бы замечательным объектом культуры и культовой палатой. Но к сожалению, имеем дело с побочным учреждением российской безопасности, как бы это не нравилось мамашам (в оригинале: mammidele), пребывающим в подчинении Московского патриархата.

Невский кафедрал связан с такими событиями, как депортация, послевоенное уничтожение книг на эстонском языке (их сжигали в подвале в 1944-1952, при полном согласии «священников») и всё это на территории Эстонии и за всем этим был действующий под управлением Москвы Бог, который благоволит посредством церкви убивать украинских детей.

Если кто-то полагает, что такое информирование уж совсем сумасбродно или параноидально, то стоит всего навсего ознакомиться с некоторыми эпизодами, которые свидетельствуют о том, что патриарх русской православной  церкви благословляет в Москве Настоящие Православные ракеты, описывая эту акцию желанием господа бога (в оригинале: issanda jumala) препроводить в мир иной весь украинский народ.

Отвратительная мерзость – этот сарай, именуемый московитами церковью и от которого, по крайней мере, мы в Эстонии должны избавиться.

***

Церковь (имеется в виду собор Александра Невского в Таллине – прим. публикатора) была построена по инициативе губернатора Эстляндии Сергея Шаховского, архитектором был Михаил Преображенский. Это даже не столь важно. Важно то, что Невский кафедрал должен был с самого начала напоминать Москву, карающую руку Москвы и её верховенство; эта церковь подаёт нам знак о том, что бог (в оригинале – jumal), это – русский и работает в подчинении царя. Позже она стала филиалом КГБ, сегодня – ФСБ. Вот и вся малина.

Церковь построили прямо против вышгородского замка. Умышленно. Губернатор Эстляндии приседает там на корточках (в оригинале: kükitab), а напротив возвышается, как знак владычества России, палата, напоминающая с позолоченными куполами крепость, с самого начала – представительство политической реальности. Символично, с первого мгновения. 

Между прочим, в прошлом на месте Невского кафедрала простирался довольно красивый парк – небольшой сад с розами, кустами, ландшафтная архитектура, декоративные деревья. А ещё раньше, в конце 1860-х годов, даже вышгородский рынок (в оригинале: Toompea turg). Более или менее до той поры, когда было открыто железнодорожное сообщение между Петербургом и Палдиски в 1870 году.                        

***

Но губернатор Шаховской, который лелеял мечту увековечить присутствие Российского государства, хотел наглядно продемонстрировать это – он писал во время проектирования Невского (??? – прим. публикаторао том, чтобы «с моря и суши, высоко над Таллином было видно, как сверкает крест главного храма России (в оригинале: Vene peakiriku rist) – признак победы православия» (цитата приведена в переводе публикатора, источник оригинала установить не удалось).   

Когда лопаты вонзились в землю, отведённую под строительство церкви, то в правовом смысле это была полная самодеятельность. По бумагам застройкой территории, отведённой под закладку фундамента лукового сарая, командовала как бы Таллинская горуправа, но у него никто разрешения не испрашивал, всё происходило поверх голов местных деятелей. Реально мы имеем дело с незаконной постройкой, какая бы у неё ни была золотая крыша.

Строительство соборной церкви в финансовом смысле отчасти взвалили и на подданных государства: чтобы не торчали ушки государства (??? – прим. публикатора), был организован всероссийский сбор пожертвований. Если кто-то хоть каким боком относился к иерархии, должен был участвовать в этом мероприятии. В Эстонии же дело зашло так далеко, что волостных старост склоняли к тому, чтобы они расстались со своими служебными регалиями, которые носили вокруг шеи. И то дело, верно?

***

Культовое здание, созданное по канонам российской церковной архитектуры в историческом стиле (??? – прим. публикатора) получило имя новгородского князя Александра Невского.  

В 1928 году Рийгикогу (в оригинале – riigikogu) рассматривало предложение о сносе храма, поскольку Эстония, как известно, уже не входила в состав России и здание храма в представлении многих символизировало русификацию. Увы, это вызвало  международный протест православных и Рийгикогу не одобрил законпроект. Хотя в кулуарах шла активная работа. План предусматривал, что Невский луковый сарай должен был исчезнуть в 1929 году, даже деньги были выделены, причём по тем временам очень крупная сумма – 100.000 крон. Призывы разрушить Невский (??? – прим. публикатора) публиковались в печати и позднее, в 1936 и 1938 году. Считали, что луковичные купола не совместимы со старой ганзейской архитектурой (то есть, немецкой – прим. публикаторагорода.

В 1936 году русский приход поменял таллинский собор Александра Невского на Симеоновскую церковь, где функционировал эстонский приход. Для послденимх их новый храм стал представительской церковью митрополита Эстонской Апостольской Православной Церкви, а сам храм переименован в Александровский собор (вместо Александра Невского – прим. публикатора). Служба, посвящённая уходу русской общины, состоялась 6 декабря 1936 года.

Вот так. Однако сегодня на Вышгороде в луковом сарае неприкрыто орудует российский орган госбезопасности, который командует Московским патриархатом. И что, мы должны это в независимом государстве реально вытерпеть? Мы должны терпеть церковь, которая своими заявлениями поставила себя сегодня на одну полку с террористической организацией?

Я полагаю, что не должны.

Луковый сарай российской безопасности имени Невского собора, наверное, всё же не стоит разрушать.

Ладно, пусть так.

***

Однако у Московского Патриархата не должно быть никакого дела на территории Эстонии. С таким же успехом мы могли бы установить против здания Рийгикогу святилище памяти Виктора Кингиссепа и Иосифа Сталина. Может, в данном случае стоит последовать примеру латышей и завершить деятельность русской православной церкви в Эстонии?

Обычная организация, поддерживающая терроризм и массовые убийства, так что время созрело.

То, станет ли Невский музеем, концертным залом или учреждением в подчинении Эстонской Апостольской Православной Церкви (то есть, не Московского Патриархата, а Константинопольского – прим. публикатора) не столь уж и важно. Важно прекратить сегодняшнюю деятельность КГБ в Эстонии и немедленно.

NB! В 1940 году у Эстонии была договорённость с действуюшей в США Русской Церковью в изгнании (правильно: Русская  Православная Церковь Заграницей – прим. публикаторао том, что Невский кафедрал разберут на части, отправят в Америку и, собрав её там, установят заново. Из-за оккупации договор не был реализован.

В завершение прочитаем написанное нашим писателем-классиком Рийгикогу Аугустом Гайлитом (August Gailit): «Если один народ посчитает необходимым разрушить церковь, то он должен это сделать. Чем быстрее эти луковицы покинут Вышгород, тем лучше».

Юку-Калле Райд

Послесловие переводчика и публикатора

Ещё два десятилетия назад (29.06.2002) канувшая в Лету газета «Молодёжь Эстонии» в статье Ильи Никифорова «Гонка за лидером. Руссо-балты встали в очередь в единый русский список» привела слова лидера Русско-Балтийской партии, талантливого актёра и режиссёра, а также радиожурналиста Виктора Ланберга о необходимости создания одной, единой русской партии с одной ясной целью – быть мостом между государством и живущими в Эстонии неэстонцами: «Для этого у неэстонцев должно быть полноценное представительство в органах власти. Только тогда можно будет говорить о сближении… Это будет роковая ошибка, если Эстония войдет в Европейский союз с лозунгом: «В Эстонии русских нет»».

Как показало последующее развитие событий эта ошибка, увы, уже почти совершена и Эстония, закусив удила, мчится к созданию моноэтнического государства без русских. Без русских не только в смысле уменьшения их численности, но и эстонизации и вестернизации.

Это не преувеличение. Выступление депутата Рийгикогу Юку-Калле Райда чудовищно не только и не столько его вульгарной русофобией, бескультурьем и более чем сомнительной достоверностью информации о кафедральном соборе Александра Невского в Таллине и самой Эстонской Православной Церкви (Московский Патриархат), а открытым призывом изгнать из Эстонии «промосковскую», на самом деле автономную, Эстонскую Православную Церковь. Это – особо наглое игнорирование одного из ведущих прав человека – права на свободу совести. И, кстати, если примитивно мыслящий парламентарий считает ставропигиальный кафедральный собор Александра Невского «логовом» российских спецслужб, то разве своё слово не должна сказать и Полиция безопасности?  

Но что значит отлучить русского человека (даже не верующего) от православия, как элемента русской/российской культуры? Это его отрыв от культурно-исторических корней, замена его духовной матрицы русскости протестантской, то есть, это – растворение в себе собственной самоидентификации, как русского человека, потеря себя, как русского.

Все последние 30 лет этнократия стремится избавиться от русскости, прикрывая это борьбой с советским прошлым (Гитлер прикрывал ту же цель уничтожением «жидо-большевиков»). Делается это не спеша, чтобы было как можно незаметнее для обывателя, а те, кто это сознаёт, тех замалчивают, а то и изолируют. Это значит, что сегодня этнократы говорят о необходимости избавления Эстонии от православия, а завтра – и самих его носителей: русских и русскоязычных жителей.

Вспомним, ещё в 90-е годы шла борьба эстонской этнократии за возвращение православных (разумеется, против их воли и без учёта их мнения) в лоно Константинопольского Патриархата и отчасти это удалось – часть православных приходов сегодня находятся в ведении вселенского Патриарха Варфоломея. То есть, тогда ещё цель не была достигнута полностью. 

Сегодня этнократия во главе с правящей Партией реформ использует любое благприятное обстоятельство, чтобы ускорить дерусификацию. Неслучайно наступление на русскость, а это ещё и узаконенная Партией реформ, с нарушением Конституции, тотальная эстонизация русского образования в Эстонии, стремительно ускорилось на фоне трагедии Украины, в которой виновными, несмотря на уже и иные объяснения на Западе, Таллин считает исключительно Россию, Кремль и Путина.

Вспомним и недавние антизаконные, а также антиконституционные действия министра внутренних дел ЭР, социал-демократа Лаури Ляэнеметса против митрополита ЭПЦ (Московский Патриархат) или историю с угоном нарвского танка-памятника.   

Думается, что такое ускорение – опрометчиво, возможно, и губительно для нашего государства, поскольку не учитывает влияния и на Эстонию зловеще разворачивающегося во всем мире глобального переустройства межгосударственного существования народов, а также, если ещё не замену монополии Запада на мироустройство, то мощнейшее, тектоническое (разрушительное) столкновение между старым и новым миром.

В конце коцов нынешнему эстонскому политикуму стоит вспомнить 90-е годы прошлого века, когда разгром эстонского православия был остановлен двумя мощнейшими Крестными ходами, напугавшими тогдашние власти, куда более трезвомыслящие нынешних.

И, разумеется, выступление газеты Postimees c очередной русофобской статьёй нуждается в объективной детальной рецензии и осмыслении эстонской интеллигенцией.

Димитрий Кленский, переводчик и публикатор 

Прочитано 1818 раз