Воскресенье, 18 сентября 2022 17:36

ДИМИТРИЙ КЛЕНСКИЙ О "РУССКОМ ЗАТИШЬЕ" В ЭСТОНИИ: НЕУЖЕЛИ, ТЕПЕРЬ НАВСЕГДА?

Картина художника Виктора Васнецова "После побоища Игоря Святославича с половцами" Картина художника Виктора Васнецова "После побоища Игоря Святославича с половцами"

Созданная Эдгаром Сависааром мощная Центристская партия Эстонии, которую уже не один год возглавляет ренегат центризма (не говоря уже о левизне) Юри Ратас, сегодня находится на грани потери поддержки избирателя и, соответственно, растворения в эстонской политической жизни.

Центристы позиционировали себя защитниками русского/русскоязычного населения Эстонии, хотя на самом деле, они больше занимались усмирением националистов-русофобов, стремившихся поставить на место неэстонцев, с годами уступая их напору и натиску националистов-русофобов. Так у русских политиков создавалась иллюзия решения проблемы межэтнического равноправия (даже не равенства!) в Эстонии.    

Так что будет в новой ситуации с русским/русскоязычным и частью незомбированного русофобской политикой эстонского населения? Пока картина мутная, но одно ясно: ещё не вплотную, но ближе всего страна и общество подступает к тоталитарной русофобии, представляемой как приручение неэстонцев, сохраняющих связь с Россией.

Так как быть самим местным русским/русскоязычным жителям? И хотя я настроен пессимистично, надежда на новую эпоху, новое поколение русского/русскоязычного населения. Недавно Алиса Блинцова задалась вопросом: «Русофобы хорошо организованы и денег не жалеют. А мы?»

В связи с этим представляется полезным вспомнить и аналогичную, но 18-летней давности, ситуацию с исчезновением с политического поля Эстонии Объединённой народной партии (ОНПЭ) и других т.н. русских партий. Надеюсь, что побудит задуматься об уже тревожной судьбе русских/русскоязычных жителей Эстонии.           

Последний съезд, по сути, уставшей от политики Объединенной народной партии Эстонии (ОНПЭ) показал, что политический ресурс наша затурканная русская община, кажется, исчерпала. Потому вправе задаться вопросом, каково теперь будет простым русским Эстонии, что им делать? А может, вопрос праздный?

Потому, что когда русские партии вдрызг проиграли последние выборы, они так и не осмелились признать, куда привели русское население. А место это – общественно-политическое и социально-экономическое пепелище.

Начинать надо с нуля

У нас нет своего самодостаточного представительства во власти, даже в местной. Нет и своих СМИ, которые помогали бы нам хотя бы выживать. Нас опустили, мы, образно говоря, поставлены на колени. В любом случае начинать надо с нуля.

Первое. Нужно заняться непрестижным делом – повседневно и кропотливо собирать по крупицам размытую русскость, то есть защищать нашу культуру и отстаивать образование на русском языке. Сегодня для нас куда ценнее любого депутата русская самоинициатива, например, возникновение «русского киноклуба» в Тартуском университете.

Надо, наконец, задействовать Союз славянских благотворительных и просветительских обществ, чтобы он занимался не только художественной самодеятельностью, но и записанной в названии организации благотворительностью и просветительством (прежде всего, правовым).

Второе. Можно ли добиться этого, если в массе своей русские Эстонии обеднели донельзя? Известно – с бедными не считаются. Вот и цель: как повысить благосостояние неэстонской части населения? В преуспевающем Таллине русская молодежь проигрывает своим эстонским сверстникам в два-три раза в трудоустройстве, зарплате, карьере, получении образования.

Третье. Настало время понять, что, защищая права неэстонского населения, глупо противопоставлять себя остальной Эстонии. Чтобы даже политические демагоги-русофобы не могли талдычить о нашей угрозе Эстонии. Политикам надо отказаться от иллюзий и честно признаться в том, что она — родина и для всех неэстонцев.

При этом надо дать понять, что никто не имеет право ассимилировать нас, что, оставаясь гражданами, а значит, и сохозяевами Эстонии и ее патриотами, мы сохраняем за собой право оставаться и патриотами своей второй родины – России. Это так же свято, как право местных русских быть православными.

При этом русская община не должна быть манипулируема, выполнять только роль представительского мостика Кремля, для которого главное – отношение с Эстонией как с государством. Местные русские должны быть лояльными эстонскому государству, но и относительно самостоятельными и влиятельными, как любая другая сформировавшаяся диаспора в мире. Тогда в выигрыше будут все: сама община, а также Эстония,

Россия и Запад: диалог глухого и немого

Можно ли реализовать эти задачи, позволят ли нам это власти и Запад, который пока спокойно взирает на дискриминацию неэстонцев – например, их деление по цвету паспорта?

При этом высокопоставленный эмиссар Вашингтона выразила недавно в Таллине удивление позицией Москвы в связи с ущемлениями неэстонского меньшинства. Наглость и лицемерие в данном случае особенны, так как США не могут не знать о существовании десятков документов европейских и ооновских организаций, зафиксировавших в последние два года массовые нарушения прав русского меньшинства.

При таком отношении (двойные стандарты) нам трудно рассчитывать на изменение ситуации. И мой скромный политический опыт показывает, что серьезные компромиссы с нынешней нуворишествующей и этнически спесивой эстонской политической элитой практически невозможны. Эстонские партии время от времени из конъюнктурных соображений или под давлением Запада говорят лишь о поблажках для местных русских, но мало и медленно что меняется.

Типичный пример. Недавно столичное горсобрание отклонило предложение центристов о 10-процентной надбавке к зарплате для преподавателей эстонского языка в школах с русским языком обучения. И это при том, что уровень преподавания падает из года в год, а эстонские политики упрекают русских за плохое владение эстонским, из-за чего они якобы не могут составить конкуренцию эстонцам.

В позиции эстонской стороны видится серьезная проблема – наше государство не имеет опыта разумного регулирования споров между государствами, общество же не изжило еще национальные предрассудки и предубеждения, оно не готово к равноправному межэтническому сосуществованию.

В итоге местные русские сознательно отодвинуты за последние 13 лет на края не только общественно-политической жизни Эстонии, им определено место у социальной параши. Лицемерны заявления представителей властей, когда они стали говорить о неиспользуемых ленивыми русскими возможностях, хотя те же власти в свое время отправляли учиться за границу только «своих».

В результате среди высших госчиновников практически нет русских. Показателен и такой штрих – когда в эстонских телепередачах делают обзоры местной прессы, то никогда не цитируется издаваемая в Эстонии газета на русском языке. Зазывал ли хоть раз Урмас Отт в свои передачи местного русского? Такова наша бархатная сегрегация и она вовсе не «за стеклом», она повседневна.

Исправить ситуацию можно не раньше, чем через поколение, да и то в том случае, если государство уже сегодня предоставит русским серьезные преференции и квоты. Взаимопонимание затрудняет и в среднем меньший по сравнению с эстонцами уровень бытовой культуры местных русских. Затрудняет гомогенизацию населения и соотношение эстонской и русской культур. Одно дело, когда представители малой, неразвитой нации осваивают ценности цивилизации, другое, когда тебе настойчиво предлагают окунуться в местечковую ментальность колбасника-лавочника.

Я не о культуре эстонской говорю. Мне непонятно, почему нас, местных русских, упрекают за то, что мы неохотно смотрим эстонское ТВ. Но оно – откровенно провинциальное да подчас и убогое и антирусское, в то время как есть возможность смотреть высокопрофессиональные московские телеканалы. В последних меня привлекает не только русскость, но и возможность получить широкий взгляд на мир. Из тех же соображений я предпочту многие западные программы. Но нас при этом упрекают в шовинизме, стагнации и Бог знает в чем еще. Короче, в нелояльности.

Цивилизованный апартеид

Как быть? На мой взгляд, выход – в цивилизованном апартеиде. Как в США, где в жизни расизм еще сохраняется, но официально он запрещен, да и перед законом равны все граждане Штатов. Прообраз такого равноправия был в Эстонии в советское время, когда две общины жили бок о бок – по жизни соприкасались по касательной, но в социальном плане все жили одинаково. Это – факт.

Думаю, многие могут еще лучше поставить диагноз состояния русской общины, указать пути ее развития. Но вот беда, нет у нас достойного, харизматического лидера. Конечно, кандидаты на эту «должность» и сегодня живут среди нас. Но они не высовывают головы, так как мы разобщены и любого смельчака на место лидера мы тут же сами и скушаем. Более того, я считаю, что сегодня русское единство в Эстонии невозможно, тем более, что за последние годы мы растеряли сами или у нас отняли все предпосылки для этого.

Если быть объективным, то русское население у нас столь многолико, что трудно представить себе общий для всех интерес, который объединял бы большинство неэстонцев. Даже территориально мы разобщены. Помню, как во время Нарвского референдума отсиживался Силламяэ, что в 50 километрах от Нарвы. Неудивительно, первый город занимал первое место в Эстонии по удельному весу жителей с высшим образованием, второй – типично пролетарский. И сегодня Таллин живет своими интересами, Северо-Восток – своими.

Свой отпечаток на отсутствие единства неэстонцев накладывает и существование нескольких десятков тысяч т.н. правопреемных («обэстонившихся») русских, то есть чьи предки жили здесь еще до войны или революции. В русской среде очевиден и разрыв поколений.

Мне кажется, что ситуация сложилась парадоксальнейшая – объективно потребность в единении есть, но нет для этого условий. Позаботилось об этом наше государство. Помните, как бесцеремонно подавили инакомыслие подростков, осмелившихся как-то назад выразить протест против войны в Ираке. Полиция странным образом смотрела, как в течение часа посольство США забрасывали овощами, картошкой и яйцами. Надо было получить как можно больше свидетельств противоправных действий и заснять на пленку всех участников манифестации. А ведь акцию можно было не допустить. Но расправа была еще та – в назидание остальным!

Выбор за нами

Итак, мы или ассимилируемся, или станем второсортными в цивилизованной Европе, или… В ситуации, когда исключается вооруженное сопротивление и не может быть эффективной политической борьбы, единственным выходом видится мощное правозащитное движение. Вспомним Махатму Ганди, Мартина Лютера Кинга. Пример последнего нам ближе. Вот что говорил чернокожий священник Кинг:

«У ненасильственной борьбы нет альтернативы… Она означает, что все эти годы мой народ терпеливо переживал муки и страдания, не причиняя их другим… Движение не стремится к освобождению негров с целью унизить и поработить белых людей. Оно не хочет победы над кем бы-то ни было. Оно хочет освобождения американского общества и участия всего народа в собственном освобождении».

Движение Мартина Лютера Кинга собирало впечатляющие марши протеста. Мне справедливо возразят: у нас и на пикет-то человек 20 придет – моя хата с краю. Но насколько же надо унизить русских, чтобы они осмелились выступить в свою защиту – против русофобии и неравноправного положения в эстонском обществе?

Известный правозащитник Алексей Семенов в свое время сделал интересное заявление о том, что, если бы на месте наших русских были евреи, то проблема была бы решена мировым сообществом мгновенно. Так как быть? Давайте поразмышляем вместе, и русские, и эстонцы, как разбудить дух и потенциал местных русских, чтобы они постояли за собственную честь, отстояли национальное достоинство? Разве это не в интересах и самой Эстонии, и Европы?

Димитрий Кленский

Прочитано 1734 раз